Снаружи история выглядит благополучно. Немецкое подразделение Coca–Cola Europacific Partners ежегодно разливает около 4,1 млрд. литров напитков, управляет 24–25 площадками, включая 13 заводов, и обеспечивает работой от 6100 до 6500 человек. Почти все, что немцы покупают с красно–белым логотипом — 97% продукции, разливается и логистически обрабатывается внутри страны. На таком фоне жалобы инвестора могли бы показаться привычным лоббистским шумом, если бы не тон и контекст.
Глава немецкого подразделения Coca–Cola Джон Гэлвин на встрече с экономическими журналистами в Дюссельдорфе фактически превратил описание своего рабочего дня в краткий справочник по бюрократическим барьерам. Даже простейшие операции — перенести забор, обрезать дерево на территории завода, починить крышу — превращаются в длинную цепочку согласований с разными ведомствами, нередко дающими противоречивые указания. Компания вынуждена учитывать целый набор норм — от требований по выбросам до строительных и шумовых предписаний.
Гэлвин подчеркнул: проблема не только в регламентах, но и в отношении. «Мы соблюдаем правила — и одновременно тормозим этих „экономических типов“», — так он описал логику бюрократии. По его словам, Германия делает процессы «ненужно сложными»: инвестировать здесь гораздо труднее и медленнее, чем на других площадках Coca–Cola в Европе или Азии.
«Исторически глубочайший кризис»
Слова руководства Coca–Cola прозвучали на фоне куда более тревожных сигналов. Почти одновременно президент BDI Петер Лайбингер заявил, что Германия переживает «самый глубокий кризис со времен основания ФРГ»: промышленное производство падает уже четвертый год подряд, еще на 2% в 2025–м, а химия, машиностроение и сталь работают с загрузкой около 70%.
BDI говорит
Читать на mknews.de